На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Региональный информационный портал

Бхопал, или Мировой рекорд по количеству жертв

Сколько радости приносят некоторым слоям нашего населения сообщения о том, что какие- то иностранцы заключили договор с нашей страной на восстановление, а затем на эксплуатацию брошенных или даже успешно действующих заводов, рудников или других объектов, рассуждает корреспондент информационного агентства Петропавловск.news. Хорошо это или плохо?

У одних из нас в головах крепко сидит советская школьная программа, согласно которой от капиталистов ничего хорошего ждать нельзя, так как они сплошь эксплуататоры и едут к нам, чтобы ограбить нашу страну и вывезти ее богатства к себе на родину. Доля истины, и значительная, в этом есть. Например, бабушка, торгующая пучками редиски на базаре, разве не мечтает продать её как можно выгоднее, чтобы купить на той же торговой точке что-то более нужное? Да и вообще, разве есть люди, работающие за спасибо и ещё себе в убыток?
Другие «патриоты» все ждут и никак не дождутся, что какой- то дядя Сэм или Джон приедет, наведёт у нас порядок и сделает всех нас тоже миллионерами. Однако последние 20-30 лет показали, что у каждого и тут свои интересы. Никто не собирается кормить граждан чужой страны бесплатными пряниками, в чем убедились рабочие различных, к примеру, нефтяных или металлургических СП, хотя у нас считается, что работа в них очень выгодна. Там порядок! Там зарплаты высокие! И вообще … это же иностранцы! Да что я рассказываю о них! Это знают все, кто стремился в СП, получил там правдами или неправдами работу и трудится за «длинные» тенге, которые на деле зачастую оказываются не такими уж и длинными. Простой пример, когда в РФ решили строить новейшие нанопредприятия в Дубне, то прибывшие туда будущие руководители вдруг обнаружили на месте будущего НИИ сотни вырытых в отвалах грунта землянок. В них жили готовые к трудовым подвигам строители, «понаехавшие» из разных бывших советских республик, в большинстве — из наших среднеазиатских, причём, почти все без разрешений на работу. Пришлось кадровикам разбираться с каждым бесценным кадром отдельно.

По такому примерно сценарию развивались события и в Индии в середине ХХ века, когда там в небольшом городке в Бхопале, в центре страны, американцы строили огромный химический комбинат «Юнион Карбайд» по производству удобрений и инсектицидов — вроде бы вполне безобидной химии для сельского хозяйства. Там, правда, выпускали и ещё много чего. Не будем мучить наших читателей сложными формулами. Скажем только, что, по уверениям хозяев завода, все компоненты были безопасными, безобидными. Если это так, то почему бы американцам не построить предприятие у себя в стране ? А потому, объясняли «благодетели», что они хотят создать именно в Индии рабочие места для тысяч местных безработных, которых и сейчас в стране великое множество, а тогда, в разгар очередного экономического кризиса, тысячи обездоленных людей соглашались на любую, самую низкооплачиваемую работу и тянулись в Бхопал со всех концов Индии. В основном, это были разорившиеся нищие крестьяне. В результате химический завод к моменту завершения строительства в 1969 году уже был окружён жуткими халупами, в которых жили семьи рабочих. Мало кто из новоселов представлял себе, какая угроза содержится в огромных емкостях, стоящих на территории предприятия, и в цистернах, отправляемых куда-то далеко от Бхопала. Это были как безобидные компоненты для производства удобрений, так и страшно ядовитые пестициды. Именно их 15 лет производили на заводе в Бхопале. Огромные цистерны везли готовые химикаты заказчикам, конечно, не в США. Американцы уже тогда хорошо знали об опасности своей продукции, но их вообще ничто не волновало: ни экология Индии, ни здоровье местных рабочих, ни техника безопасности. Они сбывали пестициды и удобрения в самой Индии, и в соседние страны, что приносило этим торговцам смертью приличную прибыль.
Все началось 3 декабря 1984 года в 24 часа. В это время диспетчер-индус заметил на датчике пульта повышение давления и температуры в одной из емкостей, в которой было 42 тонны химической продукции. Диспетчеру бежать бы за помощью, а он пошёл пить чай. Да ещё с рабочими ночной смены! Никто не обратил внимания на разрушающийся фундамент огромной емкости, из него сочилась неизвестная рабочим жидкость и шёл дым. За час ядовитое белое облако заполнило долину, редкий в этих местах ветер понес его на городок бедняков, на жилые дома, где спали люди, они стали задыхаться. Через 4 часа под покровом ночи на дорогах, на их обочинах и в канавах оказалось около трёх тысяч рабочих завода. Они корчились и умирали в муках от «безобидного дымка», который на деле оказался отравляющим веществом, подобным тому, которое немцы применили во время Первой мировой войны во Франции на реке Ипр, поэтому получившем название иприт. Там погибло от молчаливой смерти больше 5 тысяч французских солдат.

В Бхопале происходило нечто подобное. Людей рвало, они кашляли, задыхались, их глаза плакали от ядовитых испарений и слепли. Уцелевшие свидетели сначала утверждали, что на них сбросили атомную бомбу, подобную той, что американцы сбросили в сентябре 1945 года на японские города Хиросима и Нагасаки. О той жуткой истории знал весь мир, она
ещё была на слуху у мировой общественности. Но случившееся в Индии оказалось не менее, если не более, страшным. Хотя можно ли сравнить, чья трагедия принесла больше горя?! И все-таки корреспонденты различных изданий, наехавшие в Бхопал, рассказывая об увиденном ужасе, сравнивали происходившее в индийском городке с бомбежками европейских городов времён Второй Мировой войны. Корреспонденты сообщали в своих изданиях о тысячах трупов, заваливших завод. Описывали погибших от газов детей. Нежные, слабенькие малыши умирали первыми на глазах матерей. Сообщалось и о том, что, боясь эпидемий и народного гнева, американцы быстренько удрали домой, а местные власти спешили собрать, вывезти и похоронить тела погибших, но это было нелегко сделать. Три тысячи погибших от взрывов цистерн — приблизительная цифра. Трупов было так много, что трудно было даже определить, сколько людей погибло. А между мертвыми ходили мучительно кашляющие, но пока ещё живые взрослые. Они искали близких, но зачастую не находили никого. Они тоже задыхались, падали и умирали там же, на дорогах и на обочинах, заваленных телами уже погибших взрослых и детей. Над ними летали стервятники, а когда их разогнали выстрелами из винтовок военные из оцепления, в городок и в разрушенные взрывами цеха набежали голодные бродячие собаки и стали рвать тела мертвых людей… Кровавое пиршество продолжалось долго. Местные жители пытались разгонять обожравшееся зверьё палками, но и это плохо удавалось, а только дополняло ужас — трупы стервятников и собак валялись среди растерзанных людей.

Позже власти пытались подсчитать жертв восьмичасовой газовой атаки. По самым скромным подсчетам получилось, что с завода на грузовиках увезли около трёх тысяч тел рабочих. Но и после, в течение 15 лет, уцелевшие жертвы отравления, хотя и разошлись по стране, продолжали умирать, назывались цифры погибших жителей Бхопала — 15 тысяч, 18 и даже 20 тысяч человек. Официальная статистика, как это часто бывает, молчала тогда и молчит теперь — 60 лет спустя после трагедии. Политики, как это часто бывает, манипулировали сведениями в своих интересах, когда им выгодно уменьшают цифры или, наоборот, увеличивают, когда им это требуется. В конце концов американские менеджеры, по настоянию правительства Индии, продали акции предприятия «стране пребывания» и сразу все уехали домой, свалив всю вину за катастрофу на индийских партнеров.

По мнению многочисленных комиссий, причина гибели такого огромного количества людей крылась в том, что в последние перед катастрофой годы завод терпел убытки, поэтому в целях экономии сотрудников часто сокращали. Как водится, это не были простые рабочие «от станка», а разные «бездельники» — администраторы, работники службы безопасности, пожарные, инженеры из числа тех, кто был обязан следить за точным выполнением инструкций. Но и таких необходимых заводу специалистов тоже увольняли. Следить, что и как делают рабочие, стало почти некому — коллектив огромного предприятия уменьшился почти вдвое. Когда ночью с 3 на 4 декабря 1984 года в емкостях началась неуправляемая химическая реакция, рабочие пытались охладить 42-тонную цистерну водой из брандспойта- единственного действующего в тот момент средства защиты. Остальные холодильные установки были отключены из-за ремонта или в целях экономии. Вода в хранилище смешалась с химическими элементами, что только ускорило реакцию. Позже ходили слухи, что это сделал незаконно уволенный работник из желания устроить пакость тем, кто его уволил. Вместо этого получилась катастрофа мирового масштаба. Слухи всегда появляются в таких случаях, когда нет нормальной информации. Болтают же сейчас, что никакой пандемии коронавируса нет. Якобы то ли врачи, то ли даже руководители разных стран сговорились … О чем? Перетравить собственный народ? Зачем? Тоже в целях экономии бюджета? Самое удивительное, находятся невежды, хулиганы или просто дураки, верящие в эти выдумки и распространяющие их в интернете, не боясь ни штрафов, ни судов за эти фейки — лживые сообщения, хотя многие страны (первый из них — Китай) уже приняли такие жесткие законы. Болтаешь глупости — тюрьма, а то и расстрел. Но все равно болтают! Только и слышишь — «верю- не верю в коронавирус». Словно это не микроб, а какой- то злой дух, хоть шамана приглашай для борьбы с ним! И пусть бы болтали, если бы от вируса во всем мире каждый день не умирали бы тысячи людей, а СМИ не сообщали бы каждый день о количестве заболевших, выздоровевших и умерших. Нет! Некоторые ведут себя так, словно в школе биологию не изучали!

Фейком оказалось и наше представление об огромных страховках для потерпевших, на которые якобы можно жить безбедно до конца дней своих. После долгой волокиты, митингов и судов, американцы признали себя виноватыми только в небольшом количестве жертв и выделили для возмещения затрат на их лечения 400 тысяч долларов, но большинство пострадавших к тому времени давно умерли. Оставшиеся в живых не получили ни цента.
И последнее — о языках. После трагедии в Бхопале выяснилось, что после первых взрывов ответственные за безопасность предприятия лица кинулись искать инструкции, чтобы, наконец узнать, как поступать, если вчера ещё спокойная цистерна шипит, дымит, плюётся ядом и издаёт страшный грохот? И тут выяснилось, что инструкции индусам невозможно прочитать: они напечатаны только на английском языке! А Индия — страна более 100 языков и народов, тогда в большинстве неграмотных! Даже если бы инструкции были напечатаны на знакомых части индусов государственных языках хинди и урду, кто бы из неграмотных рабочих, живущих в трущобах Бхопала, их прочитал? Оказалось, обитатели рабочих посёлков не знали даже, что означает вой сирен.
Правда, пока акции были почти полностью в руках американцев, они отправляли руководителей низшего звена из числа грамотных индусов в Штаты на учебу, но что это была за учеба — так, кратковременные курсы. Но и такие кадры стремились остаться в более благополучной стране и не возвращались домой, предпочитая трудиться пусть и где придётся в Штатах.

Все вместе это называлось «человеческим фактором», мол во всем виноваты сами индийские кадры. Потерпевшим обещали оплатить нанёсенный им ущерб. Но отравленные люди довольно быстро умирали. И если уж не могли признать потерпевшими мертвых, тех, кто погиб при взрывах, что уж говорить об умерших позже или разъехавшихся по стране! Мало кто получил обещанное пособие. Американские адвокаты умело отбивались от индийских, в результате споры о том, кто виноват в катастрофе, идут до сих пор.
К сожалению, и на территории бывшего СССР бывают подобные техногенные катастрофы, в них тоже гибнут люди, особенно теперь, когда оборудование предприятий за постперестроечные годы устарело или износилось. К тому же прежде информация о катастрофах, эпидемиях и даже об обычных происшествиях считалась совершенно секретной, о чем ликвидаторы давали подписку о неразглашении, поэтому нам и казалось, что ничего подобного прежде не было.

Подробнее об истории города читайте в нашем проекте Исторический Петропавловск

3 комментариев

  • Василий Перейра

    Зачем вспоминать былое? Чтобы опять напугать коровавирусом? Именно, «зверские» меры, принимаемые властями и подтверждают, что этот вирус, всего лишь, дымовая завеса для прикрытия чего-то, более существенного.

  • жос сергей

    спустя 60 лет после трагедии у вас арифметика хромает

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи: