На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Региональный информационный портал

Вкусные новогодние украшения

Во многих домах сейчас стоит украшенная под Новый год красавица-ёлка. Каждая веточка, каждое украшение на ней – символ, иногда давно забытый. Давным–давно люди считали, что все деревья наделены волшебной силой, что в них живут добрые духи. Люди старались задобрить их и, несмотря на запреты священников, приносили в свои жилища вечнозеленые ветки и развешивали на деревьях угощения и подарки для духов.

Некоторые наши современники, считая себя православными или правоверными мусульманами, тоже, как язычники, поклоняются деревьям и гороскопам, хотя ни одна официальная религия не признает эти языческие символы. Однако праздник настолько красивый, что никто уже не задумывается о его истории, а просто радуется ему.
У рождественской елки в Европе был прямой предшественник — деревянное сооружение в форме пирамиды, украшенной фигурками и цветами, вырезанными из цветной бумаги, яблоками, вафлями, позолоченными вещицами, сахаром и другими сластями. До появления рождественской елки такая пирамида считалась в Германии и северной Европе главным рождественским украшением. Иногда и сейчас такие пирамиды-этажерки с полочками — можно встретить на площадях европейских городов.
Обычай наряжать елки нравится многим народам Европы и обеих Америк, их жители давно стали украшать дома к рождественским праздникам, забыв символику елочных игрушек. Прежде они знали: что звезда на вершине – Вифлеемская, и напоминает она о рождении Христа. Сейчас она просто украшает верхушку елки. Шары — это яблоки, олицетворяющие библейский запретный плод, которым хитрая Ева совратила Адама. Свечи — звезды, волшебно сиявшие волхвам в рождественскую ночь. Сегодня – это всевозможные электрические гирлянды. Кто же теперь сравнит их со звездами на ночном небе! В средневековье на ветки праздничного дерева вешались еще и фигурки из вафель — это прообраз используемых при причастии пресных хлебцев.
До середины восемнадцатого столетия елочные игрушки делались исключительно съедобными. Но уже во второй половине XVIII века новогодние украшения стали более нарядными: разноцветные бумажные цветы, еловые шишки с позолотой и крашенные яичные скорлупки, чеканные фигурки фей, ангелов из латуни. Затем мастера научились делать из стекла серебряные звезды, шары, цветы, придумали цветную мишуру. Тогда стекло перестало быть драгоценностью, как еще недавно в Венеции, а стеклодувы научились выдувать легчайшие елочные украшения, заменившие тяжелые для веток баранки и печенья. Впервые елочные шары были изготовлены в 1848 году в городе Лауш в Тюрингии.

***
Известно, что в России празднование Нового года 1 января вместо 1 сентября ввел Петр Первый. Он приказал украшать дома еловыми ветками, как в Европе. Однако по-настоящему традиция наряжать елку к Рождеству (25 декабря) пришла при царствовании Николая Первого. Его супруга, императрица Александра Федоровна, урожденная прусская принцесса, первой приказала ставить во дворце елку для своих семерых детей и украшать ее горящими красными свечами. А что делается в царском дворце, то быстро перенимается придворными, а затем и всей страной. Тогда же вошел в моду и обычай делать к Рождеству подарки, укладывая их под елку или вешая на ветки.


Часто елочные украшения мамы делали вместе с детьми сами. Любимыми елочными игрушками еще долго оставались съедобные украшения – различные фигурки из теста, обернутые в золотую, цветную и серебряную фольгу, золоченые орехи, конфеты и обязательно свечи. Делались украшения из ткани, папье-маше и ваты. Первые игрушки из стекла и рождественские открытки сначала привозили в Россию из Германии. Позже и российские мастера стали выпускать стеклянные игрушки, а фотографы – печатать и раскрашивать вручную открытки по немецким образцам.
* В разных странах существую разные легенды о происхождении традиции наряжать елку. Есть предание, что она связана с тем самым райским деревом, с которого коварная Ева сорвала яблоко, которым угостила Адама.
* В протестантских странах считается, что сам Мартин Лютер первым придумал зажигать свечи на рождественской елке. Якобы именно он, реформатор религии, однажды в сочельник шел домой через лес. Вечер был ясный и звездный, а лес такой красивый, что Мартин решил поставить в доме елку для своей семьи, а, чтобы создать иллюзию звездного неба, прикрепил к ее густым веткам множество красных свечек.
* Другая немецкая же легенда объясняет, почему мы украшаем елки блестящей мишурой. Давным-давно жила-была добрая бедная женщина, у которой было много детей. Вечером перед Рождеством она поставила елку, но у нее было очень мало украшений. Ночью на елке побывали пауки и оставили на ветвях паутину. В награду за доброту женщины младенец Христос благословил дерево, и паутина превратилась в сверкающее серебро.

«Приличьем стянутые маски»

Интересно, что у писателей начала ХIХ века — ни у Жуковского, ни у Пушкина, ни у Гоголя — нет описания новогодних праздников. Не было елок в их детстве! Они тогда были не так популярны, как стали в конце века. Зато эти писатели воспели народные обычаи: святочные забавы, волшебные крещенские вечера, катания на тройках, вещие сны, гадания, ряженых… Вспомним гоголевскую повесть «Ночь перед Рождеством» с ее неподражаемым юмором, чертовщиной, ведьмами и разными другими страшилками.
Обычно было так. В ночь с 24-го на 25-е декабря заканчивался Рождественский пост, и по всей Руси в больших и малых церквях проходили торжественные богослужения, а с самого утра ребятня, приняв самые невероятные образы – медведей, цыган, козла-барабанщика, ходили по дворам, как в повести Гоголя, пели, танцевали и колядовали, получая подарки за свои «концерты». Веселились и взрослые девушки, и парни, отважно съезжая с крутых горок на санях или «на чем сижу, на том скольжу».
М.Ю.Лермонтов тоже не знал в детстве елок. Он посещал и описал другое модное новогоднее развлечение – маскарады. Их сначала придумали в царских дворцах, тоже позаимствовав на Западе. Какие любовные приключения и трагедии на них разыгрывались, Лермонтов рассказал в своей мрачной драме, так и названной — «Маскарад». А в стихотворении, написанном 1 января 1849 г., поэт заклеймил фальшивое светское общество, увидев, как «при шуме музыки и пляски, при диком шепоте затверженных речей, мелькают образы бездушные людей, приличьем стянутые маски»…
***
Естественно, рождественские елки, хороводы вокруг них и карнавалы для взрослых долго были развлечением только для богатых. Бедняки же считали их барскими причудами и по-прежнему, как в незапамятные времена, колядовали, ходили со звездой по дворам. Да и откуда им было брать елки, если даже за сбор хвороста в лесу крестьян строго наказывали! Правда, некоторые «добрые господа» устраивали праздники с подарками для детей своих крепостных. Считалось, рождественские праздники – хорошее время для благотворительности. К этому поощрял особый литературный жанр – рождественские рассказы. В них говорилось о бедных малютках, замерзающих у окон богатых домов, в которых сверкали елки и веселились счастливые дети.
***
К середине ХIХ века во многих богатых усадьбах и купеческих домах Рождество и наступление Нового года праздновали роскошно, но не везде. Например, у Толстых в Ясной Поляне все было очень скромно. Писатель считал пустой блажью все эти елки, карнавалы, балы. Но его молодая жена Софья Андреевна выросла в Кремле, где ее отец служил доктором. Рождественские развлечения и елки были давней традицией в ее полунемецкой семье, где было шестеро детей. Но вот что она писала сестре из Ясной Поляны: «Лев Николаевич не любил ни елок, ни празднеств и строго запрещал тогда покупать детям игрушки. Но мы выпросили разрешение на елку и на то, чтобы нам позволено было купить Сереже только лошадку, а Тане только куклу…». Лев Толстой впервые поддался уговорам супруги лишь в 1865 г., через три года после женитьбы, когда, кроме первенцев Сережи и Тани, появились на свет и другие дети, а в Ясной Поляне жили его любимые племянницы. Он разрешил жене устроить в Рождество праздник. «Мы затеяли маскарад самого первобытного, деревенского характера. Жил у нас в то время дворником настоящий карлик. Мы нарядили и его: и вот сделали короны золотые, достали красные шали и нарядили карлика царем, а дворовую Машу, дочь повара Николая, царицей. Вареньку одели французским зуавом (пехотинцем); Сережку, сына няни, нарядили маркитанткой. Лизоньке устроили костюм маркиза, напудренного, что ей очень шло. Ее дамой была девочка Душка, одетая маркизой. Лев Николаевич лично сел в тот вечер за рояль и заиграл марш! Карлик всех изрядно веселил: плясал, пел и сказки рассказывал».
С тех пор в семье Толстых праздновали Рождество, но оно так и осталось чисто детским праздником: были угощения и сладости, но никакого спиртного! А через два года Софья Андреевна уговорила Льва Николаевича провести праздник Рождества еще и для дворовых детей. Это было ранее невиданное крестьянскими детьми весёлое представление с ряжеными: с «медведем», «поводырём», с «козой», «турчанками» и «турками». С тех пор Софья Андреевна завела в семье правило – наряжать ёлку игрушками, которые она сама мастерила вместе с детьми. Делали новогодние украшения из картона, цветной, золотой и серебряной бумаги. «Каждый из нас старался придумать что-нибудь новое, интересное и красивое, рассказывала Татьяна, старшая дочь Толстого. — Клеились корзиночки, кружочки, кастрюлечки, бочонки, коробочки с крышками и без них, украшенные картиночками, звездочками. По заведённому яснополянскому обычаю на новогодний праздник также приглашали дворовых и крестьянских детей. Все они, вместе с нами, любовались новогодней ёлкой, водили вокруг нее хороводы, пели, читали стихи, разыгрывали небольшие сценки. В конце праздника маленькие гости снимали с елки подарки: пряники, крымские яблоки, золочёные орехи, конфеты и наряжённых нами накануне куколок — «скелетцев».
Этих куколок, деревянных голышей, Софья Андреевна сотнями покупала на тульском базаре всего по пятачку. Потом дети шили для них наряды из лоскутков или клеили из бумаги. Как это будило фантазию девочек и мальчиков! А как радовались крестьянские дети, получая с елки такой подарок!
Лев Николаевич больше не запрещал веселый праздник, а сам принимал в нем самое активное участие – помогал жене и детям (а их было восемь!). Он сочинял сценарии рождественских представлений и музыку к ним, наряжался в вывернутую наизнанку шубу, танцевал и даже «скакал козленочком». Видимо, писатель понял, что пришедшие из глубокой древности народные традиции тем и хороши, что воспитывают любовь к Родине, к ее истории и культуре.
В эти дни на родине Льва Николаевича Толстого, в музее-заповеднике «Ясная Поляна», проходят новогодние и рождественские праздники, так похожие на те, что организовывала более сотни лет назад семья великого писателя — с ряжеными, с катанием на тройках, верхом на лошадях и просто с горок. А в самой Туле, не только на главной площади, но и в кремле, в Музее самоваров, в доме изобретателя русской гармоники Белобородова, в музеях «Тульские Древности», в краеведческом и даже в маленьком зоопарке – экзотариуме установлены нарядные елки и проходят выставки старинных елочных украшений. Газеты полны объявлений антикваров «куплю-продам советские елочные игрушки». Особенно ценятся довоенные изделия из картона и ваты (до 700 рублей) и коллекции стеклянных «солдатиков», «докторов-айболитов», космонавтов и разных фигурок — иллюстраций к сказкам. Эти комплекты могут стоить и 10 тысяч рублей. Ими торгуют тульские и московские антиквары-перекупщики на так называемых блошиных рынках, сожалея, что хрупкая красота если и сохранилась в семьях, то с нею не всегда хотят расставаться потомки тех детей, что веселились под лесными красавицами в теперь уже давние годы.
Заметим, что в Казахстане новогодний праздник тоже долго был редкостью. Только в середине ХIХ века, примерно, в толстовские времена, в некоторых домах больших городов сначала зажиточные русские купцы и мещане ставили елки. Городские казахи, бывая на новогодних праздниках у русских друзей, подражая им, стали устраивать такие же праздники для своих детей и приглашать на них маленьких гостей. В аулах, как и в русских селениях, обычай праздновать наступление Нового года с лесной красавицей появился гораздо позже благодаря воспитателям детских садов и учителям школ. Каждый из нас знает, как много труда тратили эти энтузиасты на организацию новогодних праздников. Легко догадаться, что советские елки, даже самая знаменитая кремлевская, во многом копировали то, что было придумано в царских дворцах и барских усадьбах и даже в русских деревнях.

Знаете ли вы, что…

*… Самый большой рождественский подарок в мире – статуя Свободы. Ее подарила США
в 1885 году Франция.
* Самая дорогая рождественская игрушка – антикварный оловянный солдатик стоимостью $200 тыс.
* Первые уличные Рождественские елки с электрическими гирляндами появились в Финляндии в 1906 году.
* Одно время модной была западная традиция украшения елки разноцветными шарами в два цвета: красный и золотой, синий и серебряный. Кроме шаров, принято было завязывать на ветках парчовые банты. Но такая мода существовала недолго. Вскоре елки стали увешивать игрушками так, что зеленую хвою было не видно. Сейчас опять вернулись к скромным нарядам синтетических красавиц. А вот офисы, магазины и сегодня часто украшают елки на западный манер более официально. На них вешают китайские пластмассовые шары одного цвета.

Ёлочно-политический скандал

В конце 2013 года между двумя балтийскими столицами — Ригой и Таллинном — вспыхнул международный елочный скандал. Каждая из стран доказывала, что именно в ней была впервые в Европе установлена рождественская ель. Началось всё с того, что Рига первой начала рекламную туристическую кампанию «Приезжайте на родину рождественской ёлки!». После чего мэр Таллинна в одном из официальных писем латвийскому коллеге заявил: «А всё-таки первую ель на рождество поставили у нас!».
Однако Рига утверждала, что именно в их городе была найдена первая ёлочная игрушка и есть упоминание о деревянной пирамидке, устанавливаемой на ождество и сжигаемой на Масленицу.
Но ведь, по большому счёту, это — масленичная ель, а не рождественская, доказывали представители Таллинна, считая кульминацию в виде сжигания самым важным моментом. К тому же в Таллинне нашли более ранние архивные документы на одном из древних диалектов скандинавских языков, где дано указание «тащить» и «устанавливать дерево» в столице именно на Рождество.
Договорились, что обе традиции — родом из одного и того же общества — Братства черноголовых, в которое входили молодые неженатые купцы. Существовало оно как в Таллинне, так и в Риге.
Закончилась история встречей премьер-министров балтийских стран, где после официальных тем был решен и елочный вопрос. Высокие договаривающие стороны постановили: родиной рождественской ели стоит считать Ливонию, в которую некогда входили оба балтийских государства.

Подробнее об истории города читайте в нашем проекте Исторический Петропавловск

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Похожие записи: