На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Информационное агентство. Новости Петропавловска, СКО, Казахстана сегодня.


Гость из Питера. Часть 2

Мы уже начали рассказ про Тимку. Сегодня публикуем продолжение.

— Принесла. Интересно, что они там нюхают из этой пачки?

 — Сейчас узнаем! Эй! Султанбек! Айда суда!

На таком же раскидистом дереве за забором появился черный то ли от природы, то ли от загара пацан еще меньше Пробки. По веткам он перебрался к ребятам, влез в шалаш.

 — Зачем орал, Джексон? Дядька услышит, ругать будет. Договорились – стучи железку.

— По железке, — автоматически поправил знаток русского языка Пробка-Джексон. – Знакомься: мой русский брат из Питера Тимур. По-нашему – ни бельмеса. Говори по-русски. Он, знаешь, какой умный. Тебя научит правильно сказать. Видишь, рыжий, как Чингизхан.

— Моя ака тоже говорит, рыжие – знатный род, чингизиды. Уважать надо, — и крепко пожал руку новому другу.

Тимка понял, что знатоки родословных уходят все дальше от интересующего его дядьки, и решил вернуть их обратно.

— У вас гости сегодня. Откуда?

— Гость из Питера, но моя дядя – ака — не велел говорить, кто приезжает, кто уезжает. Подумают, он анашу в Рассей ходит продавать. А она никуда не ходит. Дома сидит. Она страшный. Видел – вся синий.

— Весь синий. Он мужчина, — не удержался Тимур.

— Все равно он страшная. Маму бьет, аже плохим словом говорит. Сестра плачет. Мама плачет. Когда на мотоцикле уедет, дома хорошо, тихо, — на узких глазенках мальчишки блеснули слезы. Тимке стало жалко малыша. Он напоминал ему его самого, дрожащего под кулаком такого же уголовника, как этот Синяк.

Ветерок до ребят донес с соседнего участка сладковатый запах сигарет.

— Анаша курит. Говорит – товар, товар! – сообщил Султанбек, а Тимур вспомнил: так же пахло в подвале, где держали его бандиты в первые дни.

— Султашка, хочешь прогнать злых дядек? Давай, как агент 007, следить за ними, потом моему дяде Исламбеку скажем. Он настоящий суперагент. У него пистолет есть, автомат Калашник есть. Он этих дядек убьет. Твои аже, мама и сестренка плакать не будут. А ты с нами тут, в халабуде, спать будешь. Не боись!

Малыши обнялись и пожали друг другу руки. Хорошо говорить, не боись. А если ты один против чужих злых и непонятных людей, думал Тимур. Если угрожают самым любимым людям – маме, бабушке, сестре.

Вечерело. Пробка заторопился вниз. Коровы с пастбища приходят, надо в загон поставить, напоить, маме помочь молоко переработать. Тимур отправился с ним, хотя коров видел только в кино и не знал, что с ними делать. Просто ему стыдно было бездельничать, когда все вокруг хлопотали по хозяйству. Даже маленькие Гульки крутились около бабушки, готовившей ужин, что-то подавали, облизывали ложки из-под варенья и мыли их в тазике.

Мальчишки быстро натаскали воды в большое деревянное корыто. Коровы с удовольствием пили.

— Тима, тебе не тяжело с непривычки? – нежным голосом спросила мама Пробки. Она казалось молодой, но такой усталой!

— Нет, я ведь раньше спортом занимался, пока мама … — голос предательски дрогнул.

— Ничего-ничего! Сегодня дедушке дядя Володя звонил – на почту. Маму прооперировали. Она будет здорова. Дедушка сам тебе все расскажет. Все пройдет, мой мальчик. И папа вернется. Все будет хорошо. Ты молодец. Мужественно держишься.

— А почему Жаксылыка все Пробкой зовут или Джексоном? – спросил Тимур — переменил тему, чтобы не заплакать.

Женщина засмеялась:

 — Ну, про Джексона ты догадался, наверное. Слышал утренний концерт? Наш Пробка певец, каких мало. Ты понял, что у него десять братьев и сестер? У нас есть примета: если назвать ребенка Пробкой, больше детей не будет. Но в нашем случае она не сработала. Родились еще девочки — Алтынгуль и Сарыгуль. Теперь у нас чертова дюжина – 13 деток. Я мать –героиня.

— Гуль – это цветок по-турецки.

— У нас тоже. Девочки — Золотой и Желтый цветок. Ты заметил, они рыженькие, как ты?

— Про чингизидов – это правда?

— Да, есть такая легенда, что Чингисхан был рыжий киргиз. Его потомки – степные принцы — сохранили рыжину и зеленые глаза. Это бывает редко, поэтому и считается это очень красиво, особенно у девочек. Так что не обижайся, если братья будут называть тебя рыжим – это комплимент. Ваша родовая примета. А меня зови Жибек – апа. Шелковая тетя! – засмеялась, как девчонка, мама 13 детей. И у Тимура потеплело на сердце от вести о маме, от простого доброго разговора. Может, правда, все не так страшно?

Потом братья таскали ведра с молоком в летнюю кухню, крутили ручку невиданного Тимкой аппарата – сепаратора, отделявшего от молока сливки. Жибек-апа угостила их и Гулек этими невероятно вкусными, еще теплыми сливками. Старшие ребята хлопотали во дворе – поливали грядки, носили корм и воду скоту, поднесли какие-то коряги к кухне. Саксаул для печки, сказали.

— Тим, ты хотел запуск ракеты-носителя посмотреть. Уже без десяти девять. Пойдем-ка. Давай лучше на крышу.

— Мы это сто раз видали, — хвастался Пробка. – На тебе дедов бинокль. Он капитанский!

Мальчишки в рядок, как воробьи на проводе, уселись на коньке крыши и стали смотреть на северо-восток. Бахыт объяснял, что здесь, в центре пустыни очень удобное место для запуска ракет на орбиту. Они летят над малонаселенными районами, а приземляются они чуть севернее, на ровной степи, где мало озер, а значит, возможности угодить космонавтам в воду. Хотя один такой случай был. Это американские астронавты приводняются, а наши приземляются.

— Откуда ты все знаешь? Хобби такое? – удивился Тимур.

— Ха! Хобби! Баха у нас этот.. хили…филиал МЭИ закончил на Байконуре. Осенью сам ракеты с космодрома запускать будет.

— Летит! Летит! Смотри, Рыжий! – закричал кто-то из ребят.

И Тимур увидел, как небо на севере осветилось ярким пламенем, потом огонь оторвался от земли, понесся вверх и превратился в серебристую ракету с длинным огненным хвостом. Он забыл о бинокле – так хорошо все было видно. Постепенно огненный шар с серебристой каплей поднимался все выше и выше, пока не превратился в яркий крест.

— Двигатели работают. Сейчас первая ступень отделится, — вел репортаж с крыши Бахтыт, старший из  ребят. Как по его приказу, золотая звездочка отвалилась от шара и полетела вниз. А огненный клубок постепенно уменьшился в размерах и превратился в обычную звезду, плывущую по синему небу.

— Вон еще один летит! –рассмотрел кто-то зоркий. С юга плыла другая яркая звездочка.

— Если до утра просидеть, их много можно увидеть. А ты, Тима, говорил ТВ, ТВ! Как тебе наш ТВ?

— Здоровски! Разве космодром недалеко?

— Да, близко, километров 100-150. Мой отец туда на службу ездит на машине, — сказал Баха –старший из братьев. — Он в Байконуре в казахстанской милиции служит. Следователем. Завтра приедет, познакомишься. Давай, ребята, приземляться. Спать пора.

Ребята приземлились. Разошлись по комнатам –Тимур так и не понял, сколько здесь комнат и сколько народу в них живет.

Среди ночи кто-то зашипел ему в ухо: «Рыжий! Вставай! Дрыхнет, как девчонка, а еще агент 007! Айда в халабуду! Синяк куда-то собирается на мотоцикле». Мальчишки в одних трусах пробрались через колючие кустарники в глубину сада. Влезли на дерево. Комары пищали и кусались, как звери, но было не до них. В бинокль отлично видно, как Синяк загружает люльку мотоцикла коробками и мешками.

— Макароны такие в нашем цехе делают и в мешках на базар возят. В банке май, масло, по-вашему. Кореец Ким готовит из … как это… солнечный цветок. Пять булка хлеб… Э! Тушенка. Куда она намылился? Кому столько еды везет? – от волнения Джексон в каждом слове делал ошибки, но Тимка не поправлял брата. Вскоре мотоцикл с погашенной фарой рванул к окраине городка. Собачий лай вторил мотору.

-На Бесагаш поехал.

— Это куда?

— К югу. Там ничего нет. Камыш и пустыня. Раньше, говорят, рис был, каналы, а теперь ничего. Что он там делать будет?

Больше ничего интересного не происходило, и мальчишки вернулись в дом.

Утром Тимура разбудил писк Гулек. Он вышел в комнату со сценой и увидел: девчонки виноградной гроздью висят на загорелом черноволосом мужчине и лепечут: «Папа! Папа!» Чей папа? Вроде бы две из них — сестренки Пробки. А чьи еще три? Э! тут не поймешь! И этот так похож на папу!»

Вышел заспанный Пробка-Джексон, по-мужски протянул мужчине руку:

— Саламат сызба, Исеке –ага! Как жизнь?

— Нормально! А у тебя как?

— Они с рыжим Тимкой в соседнем дворе бандита ловят! У деда бинокль утащили и следят за Синяком! – пропищала старшая из Гулек.

— Ну и как, поймали? – серьезно спросил Исламбек, снимая с себя девчонок.

— Нет, к нему гость приехал, дома прячется. Настоящий бандит! Султашка говорит, они вдвоем на тюрьму ходили, — в растерянности ответил Пробка. – Синяк ночью куда-то повез на мотоцикле мешок макарон, пять булок хлеба, тушенку и масло. Его апа плакала, он ее ударил. Султашка тоже ревел.

Пробка успел из-за погона дяди показать кулак ябеде, подтянуть трусы и пожиманием плеч ответить на сердитый взгляд Тимки. Что, мол, поделаешь, майор милиции, следователь – сразу расколол!

— А ты, Тимур, почему за дверью прячешься? Выходи, докладывай, агент, что видел.

Но Тимка, набычившись и глядя в пол, вовсе не собирался выкладывать секретную информацию. Он не 10-летний Пробка! Его на мякине не проведешь!

Майор продолжил, как будто ничего не замечая:

— Я твой и этого агента 007 дядя, младший брат твоего папы, Исламбек. Можешь звать меня дядя Саша, как мои друзья на космодроме зовут. Не обижают тебя здесь? Гульки, наверное, ябедничают? Ты только скажи кто, сразу закрою! В кухню, где бабушка конфеты в шкафу хранит. Тима, дед тебе про маму рассказал? У меня о папе хорошие новости. Наше посольство ведет переговоры с той страной, где пираты захватили папин корабль. Обещают выкупить моряков. Сейчас ведут переговоры с Украиной и Латвией, сколько кому платить. К берегам Африки отправился наш крейсер. Может, и платить не придется. Потерпи еще немного, дорогой мой мальчик! Ты же мужчина. А бандитов с этим лысым агентом перестаньте ловить. Жаксылык, маленький, он не соображает, как это опасно. Но ты-то вплотную столкнулся с такими, знаешь, на что они способны. Очень прошу, не вмешивайтесь! Что знаешь, расскажи мне или деду. Мы сами во всем разберемся.

Тимур не знал всего, что знал дедушка, и о чем он уже рассказал сыну. Ведь мальчика увезли в больницу в полубессознательном состоянии. Ему не рассказывали, что в его родной квартире захватили группу сбытчиков наркотиков. В засаду попали обкуренные парни и две пожилые женщины с большими сумками разных видов продукции из конопли. Обе были так напуганы, что рассказали все, что знали. Какой-то парень из нашего городка договорился с ними, что они передадут гостинец от отца и братьев капитану Батырову. Им купили билеты, усадили в поезд. Незнакомые парни принесли посылку прямо в вагон. А в Питере встретил другой парень, русский, и проводил к дому, где еще каких-то пять месяцев назад жила дружная семья капитана.

Дедушка не один ездил в Питер. Группа оперативников из отдела по борьбе с наркотиками занималась своим делом, пока дед спасал внука. Старый Батыржан заметил, как испугался его рыжий внук случайного попутчика, только прошедшего мимо него, видимо, в ресторан. Случайно ли тот лысый громила оказался гостем Синяка? Едва ли… Вчера вечером все мужчины Батыровы долго обсуждали возможные совпадения и случайности.

Под большим секретом Исламбек рассказал отцу, что получены агентурные данные о хорошо налаженном канале производства и сбыта конопли. Следы ведут в их городок на Сырдарье и в Ленинск – город космодрома (ныне в Байконыр). Раньше все знали, кто куда уехал, где работает, а сейчас почти вся молодежь разъехалась по разным городам и странам. Вон один сын Кенжетая на автобусе торговок за тканями в Китай возит, другой в Сочи что-то строит к олимпиаде. Всех не найдешь.

— Исеке-ага, а Синяк на Бесагаш поехал. Там же никого нет – ни чабанов, ни рисоводов. Зачем он туда поперся? Я сам в бинокль видел! – раздался из-за двери голос Пробки.

— Ш-ш-ш! –зашипел дед. – Ты опять подслушиваешь? Тебе велели спать?

— Подожди отец. Идите сюда оба следопыта. Хотите завтра с нами на операцию поехать? Тогда ложитесь спать. Утром никого будить не буду. Проспите –сами виноваты будете.

-Есть! – радостно завопил Пробка. — А можно спать в халабуде? Нам аже полог сшила.

— Идите, идите, только с ветки во сне не свалитесь.

Мальчишки рванули в глубину сада.

— Давай спать по очереди, чтобы утром не проспать.

— Ты акымак, Да? Бас бар – акыл жок! Дурак, да? Утром мамы печку будет топить, коров доить, братья воду таскать – все стучать-греметь будут. Ишаки придут камыш кушать — петь, как рокеры, будут. Как тут поспишь?

— Сколько у тебя мам и братьев?

— Три и восемь! Еще пять Гулек. И ты, Красный брат мой! Сам считай! И аже с дедом прибавь. И три папы. Только они и все старшие братья в Байконуре работают! Три сестры в столице в университете учатся.

Тимур сбился со счета, но почему-то обрадовался, что Пробка и его зачислил в члены семьи . Одиночество и страх чуть померкли.

Не успел Тимка задремать в прохладе под марлевым пологом, как Пробка стал толкать его в бок и шипеть: «Смотри! Синяк приехал!» Тимур взял в руки бинокль. Было хорошо видно, как сосед и его гость таскают мешки на чердак. «Анашу привез! — тихо шипел Пробка. – Надо дяде Исламбеку сказать». Пацан стал карабкаться вниз. Тимур за ним. Но внизу кто-то сказал: «Молчать!» Большая мужская рука зажала Пробке рот: «Не верещи! Без тебя видим, что там делается. Иди спать!» Это был незнакомый молодой парень.

Утром загремели подойники, кастрюли на печурке под навесом, закричали петухи, куры и утки собрались в загоне у кормушек — жизнь забила ключом во всех дворах городка. Только Тимка с Пробкой дрыхли под теплыми одеялами после ночных тревог.

— Эй! Агенты! Хорошие парни уже все встали! Без вас на рыбалку уедут! – раздался голос деда. – Идите кашу есть, молоко пить!

Мальчишки, как орлы, вылетели их своего гнезда. И тут заорали ишаки.

— Чего это они?

— А дядя-ветеринар приучил. Зимой им есть нечего, он их подкармливал. Они и летом приходят, подачку просят. Жрут все, что ни дай? Даже соленую рыбу.

Старшие братья под руководством дяди Исламбека загружали потрепанный УАЗик. Огромный бидон с водой. Несколько буханок хлеба. Ведро с мясом для шашлыка. Спиннинги. Аже мыла огурцы и помидоры. «Это если рыбы не поймаете!» — громко шутила она. За соседским забором была тишина.

Исеке-ага сел за руль, подростки набились в машину, как кильки в банку. Вздымая столб желтой пыли, УАЗ заскакал по колдобинам того, что лет двадцать назад было асфальтом. Тимур с удивлением смотрел в окно. Нигде ничего подобного он не видел. Среди саманных мазанок и даже добротных домов, окруженных садами, особняк Синяка выделялся, как дворец среди лачуг. Около некоторых домов крутились огромные пропеллеры.

— Что это? – удивился Тимур.

— А! Это ветродвигатели. Электричество вырабатывают. Раньше наш механический завод делал их для чабанов. А теперь все стоит без дела. Мелькнул необычный круглый дом. — Вот еще памятник архитектуры – дом с окнами во внутренний дворик, под полом арык пустили –для охлаждения. Так нас спасать от жары собирались. Никто так и не отважился в нем жить. Сейчас минарет пристроили и превратили жилой дом в мечеть.

Продолжение следует….

Гость из Питера

Подробнее об истории города читайте в нашем проекте Исторический Петропавловск

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *