На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Региональный информационный портал

Музыкальное чтиво: Тридцать лет спустя двадцать лет назад

О том, насколько любили «Битлз» в СССР, снято и написано столько, что очевидно: у нас их любили больше, чем где бы то ни было. В 70-е, если попытаться посмотреть на распад группы глазами закоренелого оптимиста, битловской музыки стало в четыре раза больше, а любви к ней уж точно не меньше – несмотря на всеобщее увлечение хард, арт и джаз-роком. 80-е были отмечены «ностальгическими воскрешениями» — вновь появились группы, с точностью воспроизводящие звучание не только битлов, но и представителей раннего рок-н-ролла. О том, как это было в 90-е, ведущий музыкальной рубрики Петропавловск kz ИА-REX Казахстан попробует рассказать лично от себя, перечитывая публикации прессы тех лет…

«Самое долгое противостояние в истории рок-н-ролла завершилось на глазах многочисленных зрителей, оказавшихся свидетелями девятой ежегодной церемонии введения в Зал славы рок-н-ролла. Появление на сцене Пола Маккартни, объявившего, что его бывший коллега, покойный Джон Леннон, введён в Зал славы, стало настоящим сюрпризом. Вдова Леннона Йоко Оно приняла награду из рук Маккартни и обняла его, дав понять, что топор войны зарыт в землю и о поединке амбиций, приведшем к распаду «Битлз» в 1970 году, навсегда забыто.
«То, что мне предстоит сделать – огромная честь»,-начал Маккартни. Затем он зачитал открытое письмо к Леннону.
«Дорогой Джон»,-сказал Пол. -Я помню, как мы встретились в первый раз. Ты пел “Come go with me” из репертуара группы «Дел викингз». Слов ты не знал, поэтому сочинял на ходу. «Пойдём со мной в тюрьму» — это было не то направление, по которому мы собирались последовать».
Затем Маккартни вспомнил о горячих деньках, когда группа гастролировала в Европе и Америке.
«На нашем пути мы повстречали Нью-Йорк-сити, «Ронеттс», Фила Спектора, «Сьюпримз»,-говорил Пол. -В Лос-Анжелесе мы посетили Элвиса. Это был первый человек, в руках которого я увидел дистанционный пульт управления телевизором».
«Я помню, как мы вместе писали “A day in the life”,-продолжал Маккартни. -Придумали строчку «Я хочу тебя включить» (I’d love to turn you on”) и знали, что мы делаем. И вот теперь, годы спустя, мы должны поблагодарить тебя. Джон Леннон, ты этого добился. Сегодня вечером ты введён в Зал славы рок-н-ролла».
В ответ на единодушный взрыв восторга зрителей Пол и Йоко вскинули вверх скрещенные руки, а затем подтвердили, что примирение произошло не случайно – сейчас планируется воссоединение «Битлз».

«Я любил Джона, хотя у нас были проблемы, и мы часто грызлись,-сказал Маккартни. – Мы, остальные члены «Битлз», подумываем о совместном проекте. Знаем, что не сможем написать и спеть лучше, чем в эпоху «Битлз», но думаем, что в память о старых добрых временах было бы неплохо встряхнуться».

В середине 90-х мир охватил очередной виток битломании. Зарыв наконец топор войны – порядком надоевшей и публике и самим музыкантам – оставшиеся тогда трое из «Битлз» приняли от Йоко Оно бесценные плёнки и завершили работу над неоконченными песнями Джона Леннона. Помимо этого были выпущены “Live at the BBC”, «Антология» в 3-х частях.

«Итак, событие, которого с таким нетерпением ждали миллионы поклонников легендарной ливерпульской группы «Битлз», состоялось. Не знаю, как в других странах, а в Париже это произошло следующим образом. Бронированный автомобиль, из тех, что используют для перевозки ценностей, подкатил к самому знаменитому во французской столице музыкальному магазину «Мегастор» на Елисейских полях. Несколько вооружённых охранников вынесли из него шесть запечатанных металлических ящиков и, протаранив плотные ряды меломанов, проникли в «Мегастор». Чуть позже туда же хлынула людская толпа, довольно быстро опустошившая прилавки, на которых были уже выставлены компактные диски со строгим и мало что говорящим для непосвящённых названием «Антология 1».

Вышел также документальный фильм. За неимением видеомагнитофона и CD-проигрывателя (что на фоне «торжества демократии» многим было просто не по карману), всё, что можно было «поймать» по случаю в теле и радио-эфире, записывалось мной на обычный стерео-магнитофон…

«В этой программе зрители смогут проследить весь путь «Битлз» от дебюта четверых симпатичных парней, буквально взлетевших на музыкальный Олимп в свои двадцать лет, до сегодняшнего дня музыкантов, чьё искусство продолжает влиять на жизнь поколений. Как свидетельство неувядаемости «Битлз» прозвучит их новая совместная запись песен «Свободен, как птица» и «Настоящая любовь», ради которой они собрались вместе спустя четверть века после распада группы.
Авторы использовали воспоминания самих музыкантов, фотографии из их семейных альбомов и редкие записи первой группы Джона Леннона «Куорри Мэн» («Ребята из Куорри»). В первой части программы представлен оригинальный вариант песни Пола Маккартни (и Джорджа Харрисона – прим.авт.) «Несмотря на опасность» — первой песни, исполненной вместе Джоном, Полом и Джорджем».

Коллекционировались и газетные вырезки, цитаты из которых послужили основой для этого материала. Тогда же, году в 1994-м, мне попалась на глаза любопытная статья, в которой название альбома №1 в истории рок-музыки трактовалось как «Оркестр клуба одиноких душ»…

«Альбомы «Битлз» стали больше похожи на многоплановые, многообразные представления из маленьких кусочков разных видов музыки. «День из жизни» — искусно созданный микрокосмос современного мира – один критик назвал битловской «Бесплодной Землёй» (имеется в виду поэма Т.С.Элиота), а другой – маленьким фильмом Антониони. Эта песня, завершающая альбом «Оркестр клуба одиноких душ», ценна прежде всего поэтическим настроением, попадающим между апатией и ужасом. Именно поэтическим фоном, может быть, возникающим благодаря постоянной стилизации, песни «Битлз» по-своему отличаются до сих пор».

Финальный аккорд “A day in the life”, как известно, уже сам по себе является произведением искусства. Таковым вполне можно считать и вступительный аккорд к “A hard day’s night”, и слова Ивана Урганта о том, что, услышав это, начинаешь жить будто в ином измерении, мне, как и многим, понятны и близки. То же самое произошло со мной, когда в 1993-м я услышал “Girl”. Не стану обманывать или обманываться – «отпетых» битломанов в школе, где я учился, было всего несколько, включая меня. Девушки в то суровое время всеобщего выживания оценивали парней не по количеству и качеству выученных наизусть битловских песен, а куда по более прагматичным, материальным параметрам. То, что звучало тогда на школьных дискотеках, да и вообще «звучало», увы, «обдалбывая» многих окончательно и бесповоротно – лично у меня не вызывает ностальгических воспоминаний. Но – как бы там ни было, при всём при том, тем не менее, и со всеми прочими оговорками – отрадно, что и у меня есть основания сказать: мы тоже любили «Битлз». И на «битловских посиделках» у меня дома одноклассник лихо наяривал на расстроенной «Беларуси» снятое один в один вступление к “Martha, my dear”. Я же, с упоением выводя “And I love her” на советской ещё «штамповке», концовку соло старался играть с лёгким «чапом» (подцеп – прим.авт.) – «как у Харрисона». Году так в 1995-м ваш покорный слуга со товарищи, сбежав с уроков в «каморку, что за актовым залом», легкомысленно вытащил имеющийся в наличии «раритет» на сцену с целью исполнения “Twist and shout”. Выступление постигла участь эпохального концерта на крыше – с той разницей, что мы были прерваны не полицией, а завучем. Отделавшись, правда, куда легче, чем когда-то учащийся “Quarry Bank High School” Джон Леннон, не терявший присутствия духа даже стоя перед кабинетом директора. До отмены corporal punishment в английских школах было тогда ещё более тридцати лет. До таких крайностей во времена моей, в общем-то, теперь уже тоже далёкой юности, разумеется, не доходило. Однако «из скромности» не буду скрывать – будучи не согласен с педагогом, отрицающим роль Леннона в истории музыки, зачёт по этой самой истории пересдавал пять раз. Но это уже несколько забегая вперёд…
Одним из атрибутов советского битломана была тетрадка с текстами, зафиксированными на слух с какой-нибудь энной перезаписи. Причём, как рассказывал Андрей Макаревич, зачастую записывались просто фонемы, а уже потом вносились правки. Храню такую тетрадь и я, и, конечно, моя тогдашняя версия текста “You’re going to lose that girl” сегодня способна вызвать улыбку не только у меня самого, но и у сэра Пола и у Ринго. Сборники цифровок битловских песен нам, конечно, перепадали чаще, будучи опять-таки доступными не всегда. Манила также своей определённой недоступностью знаменитая «Авторизованная биография «Битлз», выдаваемая только в читальном зале школьной библиотеки. В результате разработки сложной многоходовой операции с рядом отвлекающих манёвров легендарное произведение Хантера Дэвиса оказалось на руках бессрочно. Так как количество истинных ценителей творчества «Битлз», как сказано выше, на тот момент в нашем учебном заведении было невелико, чрезвычайно узок был и круг подозреваемых. Так же как и в тех случаях, когда я получал нагоняй за парты, собственноручно испещрённые надписями “The Beatles” forever. Однако, не будучи участником именно того отчаянного мероприятия и не конкретизируя, позволю всё же себе заметить: группа захвата авторизованной биографии была укомплектована не одними только битломанами. А впрочем, не стоит лишний раз упоминать о том, как мало их было тогда среди нас, 14-15-летних. Но ведь – было!
И вновь перед глазами осень 1994-го. Я, взяв винил “Abbey Road”, абсолютно счастливый, спешу домой, где, возможно, опять отсутствует так часто выключаемая тогда электроэнергия, столь необходимая для того, чтобы переписать эту волшебную пластинку…А вот уже мои ученики не так давно прошедших нулевых играют “Happy Birthday” – и вновь на том, что осталось в наследство с времён СССР. Завуч не возражает. Возможно, ещё и потому, что школа всё-таки МУЗЫКАЛЬНАЯ.
А вот и вновь лето 1995-го. Покупаю на виниле отечественное издание «Пеппера» под одобрительную реплику продавца, похожего на Харрисона года как раз 1967-го: «На хорошей музыке воспитываешься, парень!» Не знаю, насколько интересны воспоминания битломана 90-х битломанам 60-70-х. А насколько интересны были бы они им тогдашним, существуй машина времени не только в качестве названия группы или романа Уэллса, но и в реальности?
Моё поколение принято считать во многом потерянным. Заслуженно ли – тема для другого материала. Но, не давая в данном случае оценок кому-либо и чему-либо, могу сказать: если и не потерялся, то во многом благодаря «Битлз»…

Дмитрий Авдеев,
с использованием публикаций в периодической печати 90-х.

Примечания:
“And I love her” Маккартни посвятил Джейн Эшер, причём и записывалась песня в подвале дома Эшеров.
На “Birthday” женские подпевки добавили Патти Бойд и Йоко Оно.
“Martha, my dear” – песня, как бы посвящённая собаке Маккартни Марте, фактически адресована всё той же Джейн Эшер. Однажды, делая уборку, избранница Пола нашла в шкафу кипу исписанных бумаг и выбросила их вместе с мусором. В результате бесследно исчезло порядка сотни песен, сочинённых Ленноном и Маккартни в начальный период. Повлияло это каким-то образом на отношения Пола и Джейн – неизвестно, однако 20 июля 1968-го было официально объявлено о расторжении помолвки. Основная причина всё же заключалась в другом…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *