Интервью Винилового клуба, или Волшебное слово Abracadabra


Одноимённому диску в этом году пойдёт пятый десяток, и сегодняшнее заседание клуба Петропавловск.news посвящается Steve Miller Band.

Абракадабра… И полку в копилку музыкальных впечатлений моментально прибыло. Хит Стива Миллера мне впервые довелось услышать в исполнении Владимира Кузьмина – шла «Новогодняя ночь на Первом» с 1998-го на 1999-й. Столь же незамедлительно наш студенческий ВИА пополнил репертуар – и вскоре на тарабарском английском со сцены в 1-м корпусе СКГУ зазвучало: “I heat up, I can’t cool down…”

Наверху шло заседание… нет, не «Винилового клуба». Ректората. Периодически со второго этажа на огонёк слеталось университетское начальство – являясь не столько рок-фанами, сколько будучи потревожено уровнем децибел. После выступления группу «Ритм» вежливо (пусть будет вежливо) попросили из университета. К тому шло.

Но история совсем о другом, и о работе над диском “Abracadabra” в частности и творчестве Steve Miller Band в целом читателям Петропавловск.news рассказывает почётный гость рубрики. По причине занятости Грега Дугласса интервью с ним неоднократно откладывалось. Однако заявление: «Клянусь моей гитарой!» обязывало ко многому…

— Грег, должен признаться, история The Steve Miller Band известна мне в самых общих чертах. Так что буду рад, если ты расскажешь подробно свою историю вхождения в группу…

— Я только что покинул Hot Tuna (при довольно неприятных обстоятельствах) и дрейфовал по округу Марин, штат Калифорния, много работая с потрясающим гитаристом Quicksilver Messenger Service Джоном Чиполлиной, моим хорошим другом и музыкальным единомышленником. В одном из проектов, над которым мы работали, участвовала группа под названием Terry and the Pirates. Тем самым «Терри» в названии был Терри Долан, очень забавный коротышка с ирландским характером. Он продавал кокаин на стороне, чтобы свести концы с концами, но вместе с тем был отличным автором песен, со здоровым эго, и мы с Джоном отлично провели время, оскорбляя Терри (и друг друга) на репетициях… Наш басист уехал в турне с Ван Моррисоном, и в результате мы вполне сошлись как в музыкальном, так и личном плане с Лонни Тёрнером, давним басистом Стива Миллера, Однажды на репетиции я начал играть гитарный рифф к “Jungle Love”. У Лонни было несколько слов, которые были написаны для Дэйва Мейсона (и отвергнуты им же). Его тексты и моя гитарная мелодия идеально подошли друг другу. Мы внесли пару изменений в аранжировку, записали демо-версию песни на кассете, чтобы Лонни представил ее Стиву Миллеру. Он тогда как раз заканчивал записывать “Book of Dreams”…

— Альбому исполняется сорок пять.

— Ну да, время летит… Так вот, Стив прослушал запись и сказал: «Вокалист ужасен (это и был Терри Долан), но эта партия гитары снесла мне крышу!» Через некоторое время звонит мне: «Это Грег Дугласс?» Я чуть не повесил трубку, решив, что это розыгрыш. Он заверил меня, что это действительно тот самый парень, который написал “Fly Like an Eagle”. «Ребята, я только что прослушал запись, которую вы сделали. Вещь хоть и дурацкая, но мне нравится. Гитарная партия что надо. Только вот не могу понять, какого чёрта ты делаешь на гитаре… Думал, мы закончили с “Book of Dreams”, но вот чего недоставало. Где ты? Нам нужно записать песню прямо сейчас». Я был примерно в пятнадцати минутах езды. «Давай сюда сейчас же!» — потребовал Стив. Никогда в жизни не двигался так быстро… Я пришёл, настроился, прослушал демо-запись, чтобы барабанщик Гэри Маллабер мог получить представление о том, какой именно требовался грув. Мы записали трек, тут Лонни допустил ошибку и остановился. Стив наорал на него: «Лонни, что, чёрт возьми, с тобой не так? Вы ж, ребята, просто парили в воздухе, и отлично справлялись…» В общем, за два дубля всё было готово, и заняло минут тридцать. Чеки по-прежнему приходят каждый месяц. По прошествии сорока пяти лет сумма этих чеков составила более миллиона долларов. Я подсчитал, что за последние сорок с лишним лет зарабатывал 25000 долларов в минуту… Неплохо для песни, на написание которой ушло десять, а на запись тридцать минут?

— Очень даже неплохо. А дальше?

— Месяца через три мне позвонил дорожный менеджер Стива, Грег Маккарти. Я должен был приехать в Лос-Анджелес, где снимали видео. “Jungle Love” должна была быть выпущена как сингл, и Стив, слава Богу, понятия не имел, как играть гитарную партию… Я добрался туда, сыграл песню и начал собирать свою гитару. Тут Стив возьми и скажи: «Не так быстро. Сыграй-ка “Rock’N’Me”…» Меня прошиб холодный пот. «Стив, да я никогда её не играл!» — взмолился я. А Стив как ни в чём не бывало: «Ну так разберись. Это ж не ракетостроение…» Показал мне ту часть, которую он имел в виду. Я сыграл и опять начал чехлить гитару. А Стив своё: «Не так быстро. Давай-ка ещё “Jet Airliner”…» Я ему: «Да я её никогда не слышал, и ты хочешь, чтобы я… Впервые? Перед кучей камер?» А повсюду и правда огни, камеры… Одна ошибка, и меня попросят уйти. Короче, я каким-то образом справился с песнями, и они прозвучали довольно хорошо…

В ту ночь я читал в своём гостиничном номере в Chateau Marmont, знаменитой достопримечательности Голливуда (к сожалению, несколько лет спустя от передозировки наркотиков там умер Джон Белуши). Раздался стук в мою дверь. Это был Стив. « — А ты сегодня звучал великолепно», — сказал он. —  Хотел вот посмотреть, как ты справишься под давлением. Ты оказался настоящим профессионалом… но так и не могу понять, какого чёрта ты делаешь на гитаре. Хочешь быть в группе, отправиться в турне, записаться и всё такое прочее? Что ты об этом думаешь?»

— Захотелось?

— Спрашиваешь…“Rock’N’Me” тогда был номер один в мире! Мне потребовалось около трёх секунд, чтобы сказать: «Безусловно!» и пожать Стиву руку. Он похлопал меня по плечу и сказал: «Придётся попотеть, но и деньги будут большие. Увидимся на репетиции в январе».

Так мы познакомились со Стивом Миллером. Кстати, я разговаривал с ним несколько дней назад, чтобы пожелать ему удачи в его предстоящем турне. Он пожелал мне удачи в моём предстоящем турне по Великобритании. Жизнь хороша, несмотря на COVID, Трампа, Путина и другие отвратительные, злые её проявления…

— “Abracadabra” как раз скорее одно из положительных проявлений жизни.

— История моего участия в этом альбоме, пожалуй, интересна. Гэри Маллабер, Лонни Тёрнер, Джон Массаро и я были соавторами тонны песен. Предположительно они предназначались для альбома на Elektra Records, с парнем по имени Марк Бергер. Группа называлась Tracker. Альбом разошелся тиражом около трёх(!) копий, и больше об этой группе ничего не было слышно.

У нас остался избыток песен. Стиву они понравились, и он заказал мобильную студию… Как сейчас помню, Гэри Маллабер был соавтором двух вещей: “Something Special” и “Goodbye Love”, к которым приложили руку и мы с Лонни. К тому времени, когда альбом был выпущен, я работал с Грегом Кином. Альбом стал платиновым, я получил несколько очень крупных чеков примерно за полтора года, а потом… ничего. Учитывая, что мы писали песни, не ожидая, что они будут где-то использованы, мы были в восторге от того, что они попали на этот альбом.

Кроме того, Стив сэкономил кучу денег; большая часть его пластинки была записана бесплатно, и всё, что ему нужно было сделать, это добавить свой вокал и сделать пару наложений. Теперь это называется капитализмом в лучшем его проявлении! А фотку Tracker я тебе вышлю.

— Спасибо! Но…как сказал Стив, не так быстро. Пожалуйста, расскажи что-нибудь ещё…

— Ну, что рассказывать… Следующие четыре года были вихрем гастролей и полнейшим безумием. Я был молод, хорош собой, и там были толпы великолепных женщин, которые ждали, чтобы провести со мной немного времени наедине… Самая большая аудитория, перед которой мы играли, составляла 100 000 человек на стадионе имени Джона Кеннеди в Филадельфии, штат Пенсильвания, на площадке заправляли Fleetwood Mac. Мы работали с Eagles, играли во всех пятидесяти штатах. Зарабатывали много, и в течение этих четырёх лет я, можно сказать, жил своей мечтой. А ещё я тогда подрался в баре и чуть не оторвал себе правую руку, которая оказалась в окне… Я перерезал все сухожилия на правом запястье. К счастью, в ту ночь в больнице дежурил микрохирург номер один в мире. После восьмичасовой операции он сшил меня обратно. Я ничего не чувствовал в правой руке, но изобрёл медиатор, который позволил мне играть в течение двух месяцев. Да, мне очень везло в те годы…

“Jungle Love” не была большим хитом в радио-чартах, но с годами стала классическим рок-стандартом. Это то, чем я известен, и тот факт, что я написал это, и заставил меня много работать. Стив перестал работать в 1981 году, и я присоединился к группе Грега Кина и сразу же записал еще одну хитовую пластинку “Jeopardy”, которая стала хитом номер один. Благодаря моему сотрудничеству со Стивом это произошло.

А знаешь, где я сейчас нахожусь? На самом большом роскошном круизном лайнере в мире, «Чудо морей». Шоу продолжались всего три дня, но денег куча… и я получил эту работу, потому что играл со Стивом Миллером. Те полчаса в студии в 1976-м просто продолжают приносить свои плоды. Так что мне семьдесят два, и я всё ещё на плаву…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Петропавловск NEWS
ПОДПИШИСЬ НА КАНАЛ