На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Региональный информационный портал

Основание Петропавловской крепости

(Окончание, начало в №47)

По сравнению с другими укреплениями Ишимской линии, Петропав­ловская крепость производила более внушительное впечатление. Этим она была обязана своему положению на высоком правом бере­гу Ишима у излучины, круто поворачивающей течение реки. Бревен­чатая стена (а позднее и земляной вал) имела форму шестиконеч­ной звезды, в углах которой находилось 6 бастионов, два из них выходили на Ишим.

Первоначально ширина крепости между стенами равнялась 72 саженям. Наибольшее расстояние между внутренними углами двух противоположных бастионов определялось в 103 саже­ни. Внутри крепости находились деревянные постройки: штабной дом, офицерские светлицы, казармы, пороховые погреба, провиантские магазины и у ворот две кордегардии (караульные помещения). Крепостные ворота были устроены в башнях. Башни имели название: одна называлась Тобольской, другая — Омской.

В 1771 г. через крепость проезжал академик Фальк. Он оставил описание, которое не соответствует её первоначальному виду. Он отметил, что крепость имела в поперечнике 150 сажен. Очевидно, она к этому времени была расширена. Вместо бревенчатой стены, Фальк уже застал земляной вал, высотою в 12 футов с пятью воро­тами и башнями. На валу стояло 12 пушек. Вокруг вала шёл ров, наполненный водой. За рвом находились рогатки и надолбы. Вне крепости размещались две конюшни, кладовые, амбары, лазарет.

Рядом с крепостью располагались предместья: на горе — верхний, под горой — нижний форштадты. Они, в свою очередь, были обнесены рогатками и палисадом. На нижнем форштадте находилось двое во­рот: Орские и Степные.

Окончательно Петропавловская крепость была отстроена к кон­цу 70-ых годов ХVIII века. Она стала главной крепостью Новой Ишим­ской линии и опорным пунктом русского влияния в североказах­станских степях.

Первые годы существования крепости едва не омрачились бес­смысленными мероприятиями, придуманными недалёким и трусливым сибирским военным начальством, назначавшимся во второй половине ХVIII века почти исключительно из прибалтийских немецких баронов — верной опоры самодержавия.

Начальство, желая показать своё усердие перед престолом, от­правляло в Петербург донесение за донесением о предполагаемых нападениях казахов на степные линии и постоянно напоминало об этом линейным командирам. На самом же деле казахи по отношению русских укреплений вели себя мирно. Единичные случаи нападений казахов на русские гарнизоны вызывались грабительскими действи­ями и притеснениями линейных командиров. Некоторые казахские старшины, в расчёте на подарки, делали ложные доносы линейному командованию о якобы предстоящих нападениях казахов. Командова­ние верило этим пустым сообщениям. После одного такого ложного доноса, командир Сибирского корпуса Крафт в 1755 г. додумался до следующего нелепого решения. Он приказал линейным команди­рам все казённые строения, лежащие вне укреплений, перенести во внутрь их, а частные постройки «вовсе без остатку сломать». Де­лалось это с целью усиления обороноспособности укреплений. И вот по всей Новой линии, от Тобола до Иртыша, началось уничтоже­ние частных жилищ. Собранное с большим трудом на линию граж­данское население осталось без крова. Такая же участь ожидала и Петропавловскую крепость. Вблизи неё, на горе и под горой, на­ходилось 82 частных дома, где жили семьи военных чинов, служители, мастеровые люди и маркитанты (продавцы вина), всего 397 че­ловек.

Командир Петропавловской крепости, несмотря на строгий при­каз Крафта, проявил благоразумие и не решился уничтожить част­ные строения. Невозможно было перенести и наружные казённые строения в крепость. Она была тесна и не смогла бы вместить в себя стоявшие снаружи конюшни и лазарет. Командир доносил Крафту: «Хотя объявленное частное строение и вовсе сломать надлежало, точию тех людей 397 человек в одну крепость и состо­ящие казармы уместить никак невозможно, да и к тому же и опас­но: по такому многолюдству от беспрестанного печения хлебов и варки пищи, печи, кои из глины биты, не могут своей препорции сдержать». Командир придумал иной выход. Он обнёс надолба­ми и рогатками наружные строения. Крепостные предместья — осно­ва будущего города — не оказались стёртыми с лица земли.

Из книги Семенова А.И. «Город Петропавловск за 200 лет, 1752-1952 гг.»

В следующем номере читайте «Петропавловская крепость в XVIII веке»

Подробнее об истории города читайте в нашем проекте Исторический Петропавловск

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *