На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Региональный информационный портал

Недаром помнит вся Россия про день Бородина

В Подмосковье золотая осень — красивая, сияющая, теплая. А на Бородинском поле — праздник за праздником. Еще недавно новые русские пытались застроить Поле русской славы своими коттеджами в стиле кирпичных бараков, но историки и истинные патриоты страны отстояли места самой знаменитой битвы. Теперь там — национальный парк и музей- заповедник «Бородинское поле», куда приезжают поклониться памяти предков даже не тысячи туристов, а миллионы за сезон, рассказывает Петропавловск.news.

Ведь на месте битвы объединенных народов России сейчас находятся более 200 различных памятников двух Отечественных войн — 1812 года и 1941- 45. В последнюю неделю августа и в первую сентября в заповеднике «Бородинское поле» состоялся Международный военно-исторический фестиваль «День Бородина». Какой это было красочный и торжественный праздник! На него были приглашены –и прибыли! — клубы военно-исторической реконструкции из 80 городов Российской Федерации, ближнего и дальнего зарубежья. Помните, как у М.Ю. Лермонтова:

«…Уланы с пестрыми значками,

Драгуны с конскими хвостами,

Все промелькнули перед нами,

Все побывали тут.

Вам не видать таких сражений!..

Носились знамена, как тени,

В дыму огонь блестел,

Звучал булат, картечь визжала,

Рука бойцов колоть устала,

И ядрам пролетать мешала

Гора кровавых тел».

9 сентября 2019 года, все было точно так же, как в этот же день в 1812 году! Гости «двунадесяти языков» в этом году показали реконструкцию эпизодов генерального сражения Отечественной войны 1812 года – бой на Шевардинском редуте, на самой высокой точке Бородинского поля.

В музее развернуты шесть постоянно действующих экспозиций. В фондах хранятся богатейшие коллекции археологии, печатной графики 1-й половины XIX века, редкой книги. Ежегодно на Поле работают археологи и их помощники-волонтеры. Обычно это студенты исторических факультетов из ближайших к Москве городов, но приезжают на практику и команды из других университетов. С их помощью сотрудники музея «Бородинское поле» готовят и проводятся военно-исторические праздники «День Победы», «Стойкий оловянный солдатик», «День Бородина» и «Москва за нами», «1941 год».

Над полем плыли звуки знаменитых дyxoвых opкecтpов. Играли бoлee 100 мyзыкaнтoв в фopмe caкcoнcкиx пexoтинцeв пpинцa Фpидpиxa Aвгycтa 1810 гoдa из г. Paдeбepга (Гepмaния), а 7 сентября на территории музея-заповедника состоялся концерт Центрального оркестра Министерства обороны Российской Федерации имени В.М. Халилова. Это был незабываемый подарок любителям военной духовой музыки.

Многие туристы из различных стран прибыли на праздник заранее. Для них были разбиты биваки, где можно отдохнуть, подкрепиться. Часть палаток отвели для демонстрации военного быта русской и французской армий. Главным событием cтaло масштабное воспроизведение некоторых эпизoдов Бopoдинcкoй битвы (каждый год они меняются). В них с обеих сторон, российской и французской, принимали участие yлaны, гycapы, дpaгyны, гpeнaдepы, киpacиpы, пexoтинцы и apтиллepиcты – peкoнcтpyктopы из вoeннo-иcтopичecкиx клyбoв. Все, как в поэме Лермонтова или в знаменитом романе Льва Толстого «Война и мир». Кстати, оба гения родились и жили не так уж далеко от знаменитого «Поля русской славы». И оба были в свое время офицерами, поэтому досконально знали то, о чем писали. Знали, что силы русских и французов на Бородинском поле были примерно равны. Знали, что потери были огромными с обеих сторон. Весной на Бородинском поле было собрано и сожжено свыше 38 тысяч тел  погибших русских солдат и 36 000 убитых лошадей. И еще 58 тысяч французов и 31 675 лошадей. По оценкам совокупных потерь, каждый час на поле погибало от 2,5 до 8,5 тыс. человек. Некоторые дивизии потеряли до 80% состава. Но понятно, что установить точное количество жертв после санитарной уборки Бородинского поля в 1813 году сейчас уже не представляется возможным.

Не стану больше грузить наших читателей лишней «арифметикой», а расскажу только одну историю любви и веры из той поры.

Особое место среди героев Отечественной войны 1812 г. занимают братья Тучковы. В семье генерал-поручика, инженера, действительного тайного советника Алексея Васильевича Тучкова (1729-1799 гг.) было пять сыновей-генералов! Четверо из них: Николай, Павел, Сергей и Александр участвовали в войне 1812 года. Погибли двое из них: старший, как его в войсках называли, Тучков-первый – Николай Алексеевич — умер от ран, а младший – Александр Алексеевич – Тучков-четвёртый — пропал без вести во время сражения.

Женам тогда разрешалось сопровождать мужей-офицеров в походах, но мало кто пользовался этим правом, кроме жены Тучкова-четвёртого. Она бывала с мужем всегда. Только перед Бородинским сражением Маргарита осталась в доме своих родителей –князей Нарышкиных. Да-да, тех самых, из царского рода. У нее на руках был годовалый сыночек Николенька. Получив известие, что муж пропал на поле недавней битвы, Маргарита оставила сына у родных и отправилась искать любимого. Маргарита ходила по Бородинскому полю среди сотен изувеченных тел (у Александра I еще не скоро дойдут руки устроить здесь братскую могилу) и будто не чувствовала смрадного запаха, не замечала стай воронья, тучей поднимавшихся с земли при ее приближении. Прошло слишком много времени, лиц погибших узнать было невозможно, и Тучкова пыталась различить хотя бы мундиры. Но смерть сравняла солдат и офицеров, окрасив все в одинаковый темно-бурый цвет. Маргарита долго бродила по этому жуткому кладбищу. Она переворачивала тяжелые окостеневшие тела, и ей казалось, что то в одном, то в другом убитом она вдруг узнает черты мужа. Руки ее были черны от грязи, но поиски были напрасны. Легенда рассказывает, что на поле битвы безутешная вдова нашла лишь скромный рубиновый перстень, который Александр всегда носил на безымянном пальце правой руки… Ее подарок… Только весной 1813 года на поле битвы провели санитарную уборку — во избежание эпидемий, Маргарита вернулась в Москву, постаревшей на десять лет, но теперь она знала, что сумеет обмануть злодейку-судьбу, отказавшую ей в праве даже помолиться на могиле мужа. Тучкова решила: она построит памятник Александру прямо на Бородинском поле. Это будет храм точно на месте гибели Александра — его на походной карте указал друг Тучкова. Он же рассказал, что пушечное ядро попало Александру прямо в грудь и разорвало его. Маргарита Михайловна решила, что в храме она сможет оплакивать свою потерю до конца дней. Маргарита продала все свои драгоценности и заложила имение, отошедшее ей от родителей по наследству.

Храм поднимался как на дрожжах. Но до тех пор пока храм не освятили, местные жители были уверены, что туда на вечернюю молитву приходят призраки убитых воинов. Конные и пешие, появляются они из туманной дымки и растворяются у врат строящейся обители Божьей…

Шел уже 1818 год. Николенька с детства привык бывать в храме, построенном в честь батюшки. Маргарита подводила сына к иконе Спаса Нерукотворного, которую Александр передал ей незадолго до смерти, и мать с сыном вместе молились и плакали… С годами Николай все больше походил на отца — темные вьющиеся волосы, карие глаза, резко очерченный красивый рот. Когда он смеялся или откидывал со лба непокорную прядь, мать отводила глаза, чтобы не разрыдаться — сын делал это точь-в-точь, как когда-то Александр…

Юноше шел пятнадцатый год. Определив его в Пажеский корпус, мать обрекла себя на новую муку: видеться с сыном она теперь могла не чаще одной недели в году.

Перед Рождеством Николеньку ненадолго отпустили домой. В один из вечеров у него поднялась температура. Маргарита немедля собрала врачебный консилиум. Мнение докторов было единодушным: ребенок вне всякой опасности… А через три дня Николай, мечась в страшном жару, скончался на руках матери.

Маргарита Михайловна, похоронив сына в склепе Спасо-Бородинского храма, осталась жить в маленькой церковной сторожке. Слух о доброй барыне, щедрой на подаяния, быстро разнесся по округе. Люди шли со всех окрестных деревень — немощные, больные, голодные. Она помогала чем могла: одаривала деньгами, кормила, шила из простой материи платья и раздавала их бедным, бинтовала раны и делала компрессы больным. К концу дня ее тесную комнатку насквозь пропитывал запах крестьянского пота, овчинных тулупов и карболки. Маргарита же чувствовала себя почти счастливой: в ее жизни появился смысл, она снова была кому-то нужна.

Слух о Тучковой, организовавшей вокруг Спасо-Бородинского храма настоящую общину, дошел до митрополита Филарета, и тот пригласил Маргариту в Петербург. В его приемной Тучкова столкнулась с почтенной особой, которая привела на благословение троих сыновей. У нее болезненно сжалось сердце. «Почему же у меня Господь отнял всех,» — обратилась она к Филарету. — «Видно, недостаточно смиренна была…» Маргарита выбежала из покоев митрополита в слезах. Вечером владыка сам разыскал ее, чтобы извиниться за резкость. Потом они часто встречались, проводя за разговорами долгие часы. Филарет убеждал Маргариту преобразовать общину в Спасо-Бородинский монастырь, а самой стать его настоятельницей. Она долго колебалась. Но все-таки решилась построить на месте гибели мужа храм. 25 сентября 1816 года она обратилась с письмом к императору Александру I: «Потеряв обожаемого супруга на поле чести, я не имела даже утешения найти останки его. Сия мысль беспрестанно умножает настоящую причину терзания моего и ни в чем другом отрады не нахожу, как в предприятии соорудить храм на том священном для меня месте, где пал супруг мой. Но я своих денег не имею, как 10 тыс. рублей. Денег моих столь малозначительно, что если Вы, Ваше Императорское Величество, не подадите мне руку помощи, я должна буду с прискорбием оставить намерение мое». Александр I пожертвовал на сооружение храма 10 тыс. руб.

В 1838 году Тучкова, трижды распростершись крестом в Троице-Сергиевой лавре, приняла постриг. Теперь она звалась инокиней Меланьей. А через четыре года стала матерью Марией — игуменьей Спасо-Бородинского монастыря. Как-то Филарет поинтересовался, довольна ли она своими сестрами. «Жаловаться мне не на кого, — последовал ответ, — только в том беда моя, что я грешная». Митрополит улыбнулся: «Наконец-то в моей епархии нашлась грешная игуменья, а то с кем ни поговорю — все святые…»

Почти двадцать лет мать Мария будет настоятельницей монастыря, дни и ночи проводя в трудах и заботах. Она построит еще один храм и соберет великолепный хор, послушать который будут приезжать даже из столицы. Случалось, матушка пела и одна. У нее был прекрасный голос, и в эти минуты уносилась она куда-то очень далеко от обители, мысленным взором возвращаясь в ту петербургскую гостиную, где впервые пела романс Александру Тучкову…

Мать Мария иногда ездила в имение близ Тулы к своему брату Михаилу Михайловичу Нарышкину, декабристу, с трудом вымоленному сестрой из Кургана, куда его отправили после каторги в Сибири. «Помилованного государственного преступника» и его семерых товарищей отправили на Кавказ «выслужить прощение». Только в 1844 году он получил офицерское звание и вернулся в свое имение. Туда к нему иногда приезжала сестра – мать Мария. И тогда в белом доме с мезонином звучали музыка и прекрасные романсы. Пели Елизавета Петровна Нарышкина, прошедшая вместе с мужем Сибирь и ссылки, и Маргарита Михайловна Тучкова Нарышкина.

До последних дней жизни она жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти сожгла письма мужа к ней, не желая, чтобы их читали чужие люди.

Умерла игуменья Мария 29 апреля 1852 года. Похоронили её в склепе выстроенного храма, рядом с сыном и совсем недалеко от места гибели любимого мужа.

Спасо-Бородинский монастырь был закрыт и разграблен в атеистические времена. После разорения обители в феврале 1929 года на картах вместо Спасо-Бородинского монастыря появился новый населенный пункт – поселок Ворошилово. Трудовая коммуна с этим названием, колхоз, военный госпиталь, школа, туристическая база, сменяя друг друга, находились в стенах монастыря до 1970-х годов. Обитель сильно пострадала во время Великой отечественной войны. Только в 1973 году началась реставрация монастыря. Более двадцати лет Бородинским музеем-заповедником восстанавливался архитектурный ансамбль Спасо-Бородинского монастыря. С 1992 года экспозиции музея соседствуют в нем с возрожденным женским монастырем. А в маленькой сторожке, где жила мать Мария со своим сыном, создана экспозиция, посвященная ей и Тучковым.

Подробнее об истории города читайте в нашем проекте Исторический Петропавловск

Один комментарий

  • Винокуров

    А что же Вы не написали что на Бородинском поле сражались полки, ушедшие туда из Петропавловска, например Сибирский драгунский, или 18 егерский?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *