На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Региональный информационный портал

Кто будет лечить детей?

На прошлой неделе в одном из республиканских еженедельников прогремела новость о том, что казахстанские медвузы перестанут выпускать педиатров. Вопрос о том, кто будет лечить наших детей молниеносно взбудоражил всех родителей. Уже этим летом казахстанские медицинские вузы выпускают последних студентов, которые учились по специальности «педиатрия». Предполагается, что в будущем детей страны будут лечить врачи общей практики. При этом эксперты уже предсказывают резкий рост дефицита врачей-педиатров. Впрочем, нехватка медицинских кадров практически всех направлений ощущается уже сейчас.

Сейчас только в детских поликлиниках Алматы требуются около 90 участковых педиатров и ещё 60 педиатров-неонатологов — в родильных домах. И это в самом крупном и достаточно благополучном городе страны. Ситуация же в остальных малых городах и сёлах, думается, ещё более плачевная.
В ближайшем будущем в Казахстане ожидается острая нехватка педиатров. И дети могут остаться без квалифицированной помощи. Уже сегодня на каждого детского врача в стране приходится тысяча, а в районных поликлиниках и две тысячи малышей. Но скоро и их может не остаться. Тенденция видна по выпускникам медицинских вузов прошлого года.
Директор Национального центра педиатрии и детской хирургии Сауле ДИКАНБАЕВА сообщает, что «из всех выпускников вузов только семь пошли работать врачами-педиатрами, большинство стали стоматологами, венерологами, акушерами-гинекологами. Это тяжёлая работа, оплата не соответствует».
Ситуация нагнетается и её, как нельзя лучше, подтверждают обращения читателей нашего еженедельника с жалобами на работу местных детских поликлиник. В понедельник в редакцию «Пkz» обратилась молодая мама двоих маленьких ребятишек. В пятницу она обратилась в детскую поликлинику, к которой они относятся, чтобы вызвать врача для своей старшей дочери, у которой была температура, вялость и общее плохое самочувствие. Но вместо участкового педиатра, относящегося к участку № 45, на вызов пришёл врач-невропатолог из этой же поликлиники. Хорошо, хоть детского специалиста прислали, а то в нашей стране никто не удивился бы, если к больному ребёнку пришёл специалист «по-взрослым». Как это сейчас не редко случается, что на вызов «скорой» на помощь к новорожденным младенцам приезжают обычные терапевты. И, боясь, ответственности, нередко увозят на госпитализацию или хотя бы осмотр в стационар к педиатрам. И это понятно, ответственность ведь огромная — маленький ребёнок, совсем другой организм, чем взрослый. Не зря существует педиатрия. Например, от обезвоживания малыш может погибнуть за считанные часы. И как спасти ребенка, знают только специалисты узкой направленности.

История проблемы

Несколько лет назад, когда министром здравоохранения был финансист Ерболат Досаев, систему обучения врачей решили оптимизировать по европейскому образцу (при этом, в развитых странах до сих пор говорят о силе именно советской модели системе здравоохранения). Уже несколько лет в вузах всех студентов обучают лишь профессии врача общей терапии. Тем, кто хочет практиковать самостоятельно и стать более узким специалистом, предлагают обучаться ещё от двух до четырёх лет. Только тогда выпускник сможет стать хирургом, гинекологом или педиатром.
Дело в том, что в 2006 году в странах СНГ, в том числе и в Казахстане, был принят новый стандарт медицинского вузовского образования. В частности, было решено закрыть специальности «педиатрия», «санитарная гигиена», «восточная медицина» и некоторые другие. А специалистов для этих секторов здравоохранения было решено учить в рамках специальности «общая медицина».
Возмущений в обществе тогда было много, против этой инициативы выступило немало профессоров. Но авторы реформы были непреклонны. И она была запущена. Этим летом «последние из могикан» — молодые педиатры — заканчивают медуниверситет им. Асфендиярова.
Раньше действовала система обучения «6+1», — поясняет декан педиатрического факультета КазНМУ Шайхслам Батырханов. — Шесть лет студент учился на факультете педиатрии, потом ещё один год в интернатуре и только после этого становился врачом-педиатром. Но с 1 сентября 2007 года во всех шести медвузах страны перестали принимать на обучение по специальности «педиатрия», и началось обучение по новой системе – «5+2»: пять лет студент обучается в бакалавриате, потом два года в интернатуре. Но даже после семи лет обучения студент не имеет права работать педиатром. Поскольку он обучался по общим дисциплинам, то может быть только врачом общей практики! Педиатром он станет только в том случае, когда закончит резидентуру. А это ещё два-три года обучения, даже четыре — если студент хочет стать детским нейрохирургом или кардиохирургом. То есть в общей сложности на детского врача приходится учиться девять лет и больше. К тому же если раньше на педиатрическом факультете студент с первого курса вникал в свою специализацию, сейчас он только пять лет в бакалавриате учится общей медицине».
Как рассказывает Шайхслам Килибаевич, если и раньше на отделение педиатрии абитуриенты не особо рвались, то сейчас, при увеличении срока обучения минимум на два года, желающих лечить малышей становится всё меньше. Студенты-медики сегодня больше рвутся в хирургию да в акушер-гинекологию. То есть туда, где можно больше заработать. В прошлом году, например, в КазНМУ педиатрами решили стать всего 59 бакалавров. В этом году педиатрию выбрали всего около 30 студентов, но учебных часов по педиатрии у них стало меньше.
Качество подготовки будущих детских врачей — это одна проблема. Мы ещё не знаем, насколько подготовленными специалистами они выйдут из стен альма-матер. Хотя в КазНМУ уверяют, что делают всё, чтобы вложить в студентов максимум знаний.
Другая проблема — это дефицит педиатров в будущем. Лишь одна деталь: если в этом году вузы окончат студенты, последними обучавшиеся по старой системе 7 лет, то в следующем году вузы не выпустят очередную партию будущих детских врачей: им нужно будет учиться дольше. А если учесть, что педиатров, обученных по новым стандартам, будет в принципе гораздо меньше…
«Я думаю, в ближайшие 7-10 лет в стране будет тяжело с педиатрами, — говорит Шайхслам Килибаевич. — Может быть, мы вытянем эту область медицины, обучая студентов по новой системе, но не сразу. Завтра детские стационары оголятся, но врачи общей практики не пойдут же туда работать! А дальше как быть? “Взрослый” терапевт к новорожденному ребёнку не пойдёт. В поликлинике он ещё сможет на него взглянуть, но в стационаре уже нужен специалист».
Профессор Батырханов, а с ним и целая армия его коллег, видит единственный выход из ситуации в продолжении обучения студентов по прежней системе, не прерывая новую. В КазНМУ, например, сохранились «детские» кафедры, а при них пока ещё работают профессора и преподаватели, которые были в авторитете ещё в советское время.
К слову, Белоруссия, Россия, Узбекистан, Киргизия и другие страны также перешли на новые стандарты образования, но они сохранили у себя педиатрические факультеты.

Перенимаем горький опыт?

А у нас продолжается гонка за опытом зарубежных стран, только вот к чему она приведёт, уже сейчас показывает время. Если раньше педиатры старались лечить детей как можно более безопасными медикаментами, то, сейчас, когда у ребёнка поднимается температура, ему сразу же назначаются антибиотики! И это мы можем утверждать не из чьих-то слов, а на собственном опыте, поскольку сами являемся родителями и прошли через все круги ада, когда ребёнок болеет, у него жар, а местные педиатры, работающие с дикими перегрузками, назначают вредные для иммунитета, кишечника и его микрофлоры антибиотики даже при вирусной инфекции (которую антибиотики в принципе не лечат), как они сами порой говорят, на всякий случай.
Конечно, мы понимаем, что у нас огромный недостаток узкопрофильных специалистов, что поэтому имеющимся врачам приходится не сладко. Они вынуждены работать до восьми — девяти часов вечера, чтобы обойти всех больных.
За пояснениями мы обратились в отдел по связям с общественностью департамента здравоохранения по СКО. Пресс-секретарь данной службы Олжас Кабижанов пояснил нам, что ситуация не настолько плохая, какой её представляют в прессе и в Интернете.
— В этом году ожидается большой выпуск специалистов, которые оканчивали ВУЗы по старой системе. Уже в следующем году ряды врачей пополнят специалисты, проходящие обучение по новому зарубежному опыту. А именно — пять лет бакалавритата общей медицины и два года узкопрофильной интернатуры, — говорит Олжас Кабижанов.
Также он пояснил, что если студенты учатся на факультете «общей медицины», то это не значит, что они абсолютно ничего не знают о лечении детей. Уже с первого года обучения они начинают осваивать науку лечения ребятишек, также как и все остальные направления.
То есть получается, что по новой системе студент, пожелавший связать свою жизнь с медициной, пять лет учится на факультете «общей медицины», а затем, два года по распределению осваивает мастерство врачевания по какой-то конкретной специальности.
Однако практикующие медики считают, что за два года средний терапевт хорошим хирургом, кардиологом или педиатром не станет. И не раз обращались в правительство с требованием реформу пересмотреть. В первую очередь, ради блага детей. Но воз и ныне там …
Мнения большинства детских врачей сходится с родительским:
— Ребёнок — это особое существо, многие органы и ткани ещё не развиты, даже мать порой за новорожденным ухаживать не может. Каждый новый министр приходит и проводит свою реформу, съездил в Европу и решил. За месяц закрыли все факультеты, ни у кого не спросили, — высказывался Камал ОРМАНТАЕВ, детский хирург, академик ещё три года назад.
Но реакции из правительства до сих пор не последовало, зато по уровню детской смертности Казахстан всё ещё занимает самые не радующие позиции. По данным доклада ООН «О человеческом развитии 2011», смертность детей до пяти лет на тысячу живорождённых в Казахстане составила – 29. Это пятое место в Центральной Азии среди всех пятерых стран. Но последнее место среди стран с таким же кризисом не является утешением. Насколько плачевна ситуация можно судить, обратив внимание на Норвегию, где при таком же параметре фиксируется всего 3 случая.
Если взять ситуацию в разрезе центральноазиатских стран, самый высокий показатель смертности детей у Таджикистана – 61. Недалеко ушёл от него и Туркменистан – 45. В Кыргызстане этот показатель равен 37, в Узбекистане – 36.
Основные причины смертности детей в возрасте до 1 года по данным за 2010 год в процентах: от отдельных состояний, возникающих в перинатальном периоде — 59,7; от врождённых аномалий — 17.5; от болезней органов дыхания — 9,0; от инфекционных и паразитарных болезней — 3,2; от несчастных случаев- 4,0; от других болезней — 6,7.
Как видно из приведённых официальных данных, главные причины смертности детей все ещё остаются в области самой медицины. А именно – в перинатальном периоде, когда медицинский работник ведёт наблюдение в предродовой, родовой и послеродовой периоды.
В общем, принесёт ли положительные плоды зарубежный опыт — вопрос спорный. Только вот стоит ли проводить опыты над здоровьем будущего поколения? Наверное «перенимателям» виднее …

Ольга ВАЙТОВИЧ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *